Часы
Время в Москве
20:49:35
Время в Пекине
01:49:35
Курс валют
FreeCurrencyRates.com

Мясницкая

Мясницкая – одна из главных улиц города, наряду с Тверской, Петровкой, Остоженкой, Арбатом, Большой Полянкой…

Сначала там селились мясники (откуда и название!), трудившиеся на близлежащей «Коровьей площадке», где торговали крупным рогатым скотом. Но постепенно жилища мясников стали сменяться дворцами знати и подворьями высших иерархов церкви. К концу XIX века Мясницкая стала купеческой.

Лубянская площадь

Лубянская площадь

Улица начинается от Лубянской площади. По одной из версий, название Лубянка – новгородского происхождения. После присоединения в конце XV – начале XVI веков к Великому Московскому княжеству двух средневековых русских республик – Новгородской и Псковской – в Москву были переселены оттуда две сотни наиболее знатных семей. А вместе с ними  и название местности: Лубяница – одна из центральных улиц Новгорода.

Лубянка издревле славилась базарами, магазинами, извозьичьими биржами, гостиницами, трактирами. Но не только. С XVIII века там располагалась Тайная канцелярия – праматерь современной контрразведки. В небольших подземных каменных камерах, содержались и допрашивались подозреваемые в государственной измене, бунтовщики, фальшивомонетчики и т.п. Начальником канцелярии был известный Степан Шешковский, который проводил в доме на Лубянке, в частности, допросы Емельяна Пугачева – организатора крестьянского бунта 1773-1775 годов, охватившего огромную территорию Поволжья и Урала.

В 1801 году Тайная канцелярия, или, как она называлась тогда, экспедиция, была упразднена императором Александром I. Казалось – навсегда. Но нет! На Лубянской площади (№ 2), в большом доходном доме, которым некогда владел знаменитый гравер и коллекционер Николай Мосолов, после революции 1917 года большевики разместили свой главный карательный орган – ВЧК.

Здание Федеральной службы безопастности

Здание Федеральной службы безопастности

Силовики обосновались в этом районе надолго. Менялись генеральные секретари КПСС, исчез Советский Союз…  А здание на Лубянской площади до сих пор – штаб-квартира главной спецслужбы страны, которая ныне называется Федеральной службой безопасности.

Первый дом (№ 3) по Мясницкой – здание Духовной консистории, построенное в псевдорусском стиле в конце XIX века.

Здание Московской духовной консистории на улице Мясницкой, 3

Здание Московской духовной консистории на улице Мясницкой, 3

Консистория – это церковный суд, имевший в дореволюционной России, в которой православие было государственной религией, большое значение.

«Консистория! – писал московский бытописатель Владимир Гиляровский в 1920-х годах. – Слово, теперь непонятное для большинства читателей.

Попал черт в невод и в испуге вскрикивал:

– Не в консистории ли я?!

Была такая поговорка, характеризовавшая это учреждение. 

Сюда являлось на поклон духовенство, судили провинившихся церковнослужителей. Здесь заканчивались бракоразводные дела, требовавшие свидетелей, конечно, в большинстве случаев подкупленных. Для уличения в неверности того или другого супруга, было необходимо по закону, чтобы эти «свидетели» представили суду подробности физической измены… И часто такие, каких никогда ни одно третье лицо не могло видеть. Но свидетели… “видели”!»

Ныне в здании – главный офис государственной автоинспекции.

Напротив – современное здание (№ 2), в котором располагается музей Владимира Маяковского (1893-1930) – здесь поэт окончил свои земные дни. То ли ему надоела советская власть, то ли он надоел ей…

Государственный музей Владимира Маяковского

Государственный музей Владимира Маяковского

А когда-то на этом месте стояла церковь, в которой был похоронен другой замечательный поэт – Василий Тредиаковский, чей талант заметил и благословил император Петр I.

Далее – шикарный многоэтажный дом (№ 6) миллионера, золотопромышленника Николая Стахеева (1852-1933) с множеством магазинов, построенный в 1897 году архитектором Михаилом Бугровским.

Дом Николая Стахеева

Дом Николая Стахеева

Зодчий возвел также для Стахеева настоящий дворец – на Новой Басманной улице (№ 14). Чего там только нет! Огромный двухсветный холл с беломраморной лестницей в «греческом стиле», парадные апартаменты с «готической» столовой, «мавританская» курительная, залы в стиле классицизма, барроко. До сих пор хорошо сохранились обильная деревянная резьба, сложного рисунка паркет, витражи, мраморная и лепная отделка.

Стахеев жил на широкую ногу, но не забывал и о благотворительности. Много путешествовал, был завсегдатаем казино в Монте-Карло. Каждый его приезд туда сопровождался повышением курса акций игорного дома.

А позднее Стахеев стал литературным героем – прототипом Кисы Воробьянинова из романа «Двенадцать стульев». После революции он вернулся из-за границы в Москву, чтобы забрать из тайника дома на Новой Басманной драгоценности, но был задержан советскими спецслужбами. На допросе Стахеев предложил сделку: он говорит, где спрятаны ценности, а ему назначают пенсию. Условия были приняты: Стахеев до конца жизни получал пенсию, а на часть его сокровищ построили большой Дом культуры железнодорожников. Об этой истории узнали журналисты железнодорожной газеты «Гудок» Илья Ильф и Евгений Петров, и она стала фабулой их знаменитого романа…

Далее по Мясницкой – здание Торгового дома Кузнецовых (№ 8) по производству фарфоровых изделий.

Дом Матвея Сидоровича Кузнецова на Мясницкой

Дом Матвея Сидоровича Кузнецова на Мясницкой

Мощный угловой дом построен в 1898 году Францем Шехтелем. На улице находится еще одно творение (дом № 24), построенное этим архитектором – выдающимся представителем стиля модерн.

В доме № 8 находился магазин, в котором продавался фарфор и фаянс Кузнецовских заводов. Матвей Кузнецов, глава торгового дома, владел 18-ю заводами.

Матвей Сидоровича Кузнецов

Матвей Сидорович Кузнецов

Они выпускали столовую и чайную посуду, статуэтки, изразцы, вазы, телефонные и телеграфные изоляторы и другие изделия. Среди предприятий – Дулевский и Гжельский заводы, бывший завод Гарднера. О популярности кузнецовского фарфора говорит хотя бы тот факт, что уже в конце XIX века его изделия подделывались в промышленных масштабах. Фарфор Кузнецова был знаменитым брендом. А подделка знаменитых марок – и в наши времена весьма распространенное и доходное дело.

Кузнецовский фарфор

Кузнецовский фарфор

Напротив дома Кузнецова – старинная усадьба в стиле барокко (№ 7) XVIII-XIX веков. С 1831 года ей владел Александр Чертков (1789-1858), герой Отечественной войны 1812 года.

Мясницкая, 7. Старинная усадьба в стиле барокко

Мясницкая, 7. Старинная усадьба в стиле барокко

Выйдя в отставку в чине полковника, он посвятил свою жизнь изучению русской истории и собиранию рукописей и книг по истории России. Описание Чертковской библиотеки, изданной ее собирателем, было настольной книгой историков. В его доме бывали многие деятели русской культуры: поэты Пушкин и Жуковский, писатели Гоголь и Загоскин, актер Щепкин.

Сын Черткова, по завещанию отца, основал в доме общественную библиотеку, читальный зал которой посещал Лев Толстой во время работы над романом «Война и мир». На деньги Черткова начал издаваться «Русский архив», пожалуй, лучший в дореволюционной России исторический журнал.

В 1873 году уникальная библиотека Черткова (22 тысяч томов) была безвозмездно передана в Румянцевский музей (ныне – Российская государственная библиотека).

За домом № 14 – Кривоколенный переулок. С Мясницкой видно одно из лучших зданий этой улицы – двухэтажный дом Веневитиновых (№ 4) с пилястрами и фронтоном.

Дом Веневитинова. Кривоколенный переулок, 4

Дом Веневитинова. Кривоколенный переулок, 4

Здесь родился и прожил большую часть своей короткой жизни поэт Дмитрий Веневитинов (1805-1827), у которого в 1826 году Александр Пушкин впервые публично читал свою трагедию «Борис Годунов».

Ранняя и внезапная смерть Веневитинова потрясла его друзей. Они были уверены, что тот умер от несчастной любви.

27 марта 1827 года скончался Дмитрий Веневитинов, русский поэт, критик

27 марта 1827 года скончался Дмитрий Веневитинов, русский поэт, критик

Друзья Веневитинова, которые составляли цвет русской культуры первой половины XIX века, создали своеобразный культ памяти поэта: они почти полвека собирались в день его кончины в московском Симоновом монастыре, где тот был погребен. В монастырской трапезной каждый год накрывался стол для скорбной тризны. Традиция прервалась… за смертью последнего друга Веневитинова…

Далее по Мясницкой стоят, прижавшись друг к другу, доходные дома. Среди них есть примечательные. Дом № 15 – построен в начале XX века архитекторами братьями Весниными, позднее прославившимися своими работами в духе конструктивизма.

Мясницкая, 15. Доходный дом Кузнецова

Мясницкая, 15. Доходный дом Кузнецова

Дом строился по заказу Ивана Кузнецова – из семьи фарфоровых фабрикантов. Перед входом – скульптура льва со щитом. Над первым этажом – барельефы в античном стиле, над фасадом – статуя Меркурия, бога торговли.

Следующий за ним дом – № 17 – известен не архитектурой, а хозяевами. В середине XVIII веке он принадлежал известному московскому масону Гавриилу Измайлову.

Мясницкая, 17

Мясницкая, 17

Масоны (которых в России называли мартинистами) занимались филантропией, просвещением и пропагандой своих сомнительных учений. В районе Мясницкой улицы некогда располагалась масонская типография Николая Новикова, известного литератора и издателя XVIII века, масонская педагогическая семинария, жил знаменитый историк Николай Карамзин, масон…

Да и вообще, в те времена на Мясницкой и близлежащих улицах проживало немало масонов. Это был этакий масон-таун, по сегодняшим понятиям.

В конце XVIII столетия дом № 17 по Мясницкой перешел к генералу Льву Измайлову (1764-1834), который прославился не только как бесстрашный воин, но и как бесшабашный гуляка. Его потехами были: псовая охота, кулачные бои, попойки с песнями, плясками и диким разгулом, карточная игра. Благодаря связям и богатству он долгое время оставался безнаказанным. Но всему приходит конец – воздалось и ему!  Измайлов – прототип нескольких литературных произведений, в том числе знаменитого писателя Мельникова-Печерского.

Новые владельцы особняка – генерал Петр Кусовников (1782-1870) и его жена Софья – нашли в обширном дворце целый ряд комнат с масонским атрибутами и укра­шениями. Хозяева из суеверного страха и перепуга так и не решились обойти всех комнат, а заблагорассудили заколотить двери навсегда. Они прожили в доме более пятидесяти лет, ни разу не пере­ступив порога страш­ных комнат мартинистов.

Дом Кусовниковых, в центре многолюдной Москвы, казался пустым и запущенным, никогда не освещался. Они были патологически скупы и очень боялись воров. Днем супруги спали, ночью обедали, а после этого до утра катались в своем экипаже по городским улицам с сундуком, набитом золотом и драгоценными камнями.

Историк Михаил Пыляев писал: «Когда единственный их слуга-дворник докладывал Кусовниковым о приезде кого-нибудь, то он или она, смотря по приезжему, то есть его ли это гость или её, выходили из внутренней комнаты со свечкою в руке. Когда же гость был общий, то муж и жена, встречаясь в противоположных дверях и завидев друг друга, спешили задуть свечу… И гость оставался в совершенной темноте!».

Но, вот метаморфоза – следующим хозяином этого владения стал купец-благотворитель Флор Ермаков. Он завещал три миллиона рублей – громадные по тем временам деньги! – в пользу бедных. На них были возведены в Москве техническое училище и три ночлежных дома. 

Далее, слева по Мясницкой, дом… пагода! Это – чайный магазин Сергея Перлова (№ 19), построенный 1890-1893 годах архитектором Романом Клейном. Но вскоре, в 1896 году, дом был переделан другим известным зодчим – Карлом Гиппиусом – в китайском стиле.

Дом-пагода. Чайный дом Перлова

Дом-пагода. Чайный дом Перлова

Новое оформление дома было связано с тем, что в 1896 году на коронацию императора Николая II должен был приехать представитель китайского императора – сановник Ли Хунчжан. Предполагалась, что он остановится у чаеторговцев Перловых, поэтому они решили только что построенному дому придать облик пагоды. Однако китайский гость, приехав в Москву, по воле случая, остановился в другом доме. Но Перлов не остался в убытке! Расходы на оформление дома оправдали себя: необычная архитектура стала для магазина великолепной рекламой.

Декор дома-пагоды

Декор дома-пагоды

В зале посетители сидели на китайских шелковых пуфах и дегустировали чай из Поднебесной… Этот магазин не утратил своей славы до сих пор!

В величественном здании напротив (№ 26) до последних времен располагался Центральный почтамт.

Здание Императорского московского почтамта

Здание Императорского московского почтамта

Оно построено в начале XX века в византийском стиле архитектором Оскаром Мунцем при участии братьев Весниных, которые несколько подправили стилистику здания – на романскую…. Ныне здесь располагается биржа.

За почтамтом нельзя не заметить высокую церковь-башню святого Гавриила Архангела, известную в Москве под именем «Меншиковой башни» (Архангельский переулок, дом № 15).

Церковь-башня святого Гавриила Архангела

Церковь-башня святого Гавриила Архангела

Ее построил в самом начале XVIII века архитектор Иван Зарудный по заказу князя Александра Меншикова, сподвижника императора  Петра I.

Храм необычен для традиционного русского зодчества. У входа в церковь – портик с витыми колоннами и изящными волютами-контрфорсами. Фасад украшают скульптуры и пышный растительный орнамент. Высокий шпиль венчала позолоченная фигура архангела Гавриила. Для тех времен – это авангард!

Искусствовед, художник Игорь Грабарь называл Меншикову башню одним из величайших творений русского зодчества.

В 1723 году церковь загорелась от удара молнии, и сильно пострадала. Она была полностью восстановлена лишь в 1770-х годах. И восстановлена… масонами! На стенах церкви появились многочисленные масонские символы и изречения на латинском языке. Они были уничтожены лишь сто лет спустя по настоянию известного ревнителя православия – московского митрополита Филарета (Дроздова).

Напротив почтамта, за домом-пагодой – «Юшков дом» (№ 21), построенный в 1780-1790-х годах зодчим Василием Баженовым для московского губернатора Ивана Юшкова.

Здание художественной академии (дом Юшкова)

Здание художественной академии (дом Юшкова)

Архитектор, как и Юшков, был масоном. Говорят, своим заказом губернатор хотел помочь Баженову, испытывавшему острую нужду – незадолго до этого, в 1785 году, он был уволен со службы Екатериной II. Ей не понравился возводимый Баженовым дворец в Царицыно – императрица нашла его мрачным…

«Юшков дом» – великолепный образец архитектуры классицизма. Форма дома напоминает рог изобилия – символ, весьма распространенный у масонов. В центре – полуротонда с ионической колоннадой, объединяющая боковые корпуса. Этот эффектный прием постройки зданий впоследствии часто применялся зодчими.

Дом Юшкова, 18 век

Дом Юшкова, 18 век

Юшков славился на всю Москву своим гостеприимством. В доме на Мясницкой, несмотря на то, что он еще не был достроен, давались шикарные балы, проходили собрания масонов, в которых принимали участие уже упомянутые Юшков и Баженов, а также историк Николай Карамзин, писатель Николай Новиков…

Впоследствии дом купили городские власти. В 1844 году в нем разместилось Училище живописи, ваяния и зодчества. Среди его выпускников – художники братья Коровины и Корины, Аполлинарий Васнецов, Михаил Нестеров, Исаак Левитан, скульптор Сергей Коненков, архитекторы Константин Мельников и Виктор Мазырин. Преподавали в училище: художники Алексей Саврасов, Василий Перов, Валентин Серов, Василий Поленов, скульптор Николай Ромазанов, архитектор Александр Каминский.

После 1917 года училище было преобразовано в Высшие художественно-технические мастерские, впоследствии – Московский художественный институт имени Василий Сурикова. Ныне – Академия живописи, ваяния и зодчества. 

Далее, за почтамтом, Мясницкая выходит на Чистопрудный бульвар, названный по находящимся там прудам.

Чистопрудный бульвар

Чистопрудный бульвар

Слева, у станции метро «Чистые пруды», памятник драматургу Александру Грибоедову, автору комедии «Горе от ума». Он жил долгое время на Мясницкой у своего друга Степана Бегичева – в великолепной старинной усадьбе XVIII века (№ 42).

Вспоминается: в до сих пор популярном фильме начала 1960-х годов «Я шагаю по Москве» приезжий из Сибири, молодой задорный парень, объяснял своему приятелю-москвичу: «Чистые пруды раньше назывались Грязными. А потом их очистили и переименовали…»

Он немножко ошибся: пруды назывались Погаными. В них сбрасывали отходы из мясных лавок Мясницкой улицы.  В 1703 году пруды,  стараниями уже упомянутого Меншикова – и вправду! – были очищены, и получили свое нынешнее название – Чистые пруды…

Наверх